К пятидесятилетию выпуска первого автомобиля ВАЗ!

В рамках подготовки мероприятий, утверждённых правлением Фонда имени Н.Ф.Семизорова и Совета ветеранов КГС, к 50-летию выпуска первого автомобиля, мы начинаем публиковать воспоминаний ветеран КГС, одного из руководителей «Автозаводстроя» Николая Семёновича Акиньшина. О трудовом подвиге многотысячного коллектива строителей дважды орденоносного Куйбышевгидростроя.

В то время «Куйбышевгидрострой» выполнял объем строительно-монтажных работ на сумму около 70 миллионов рублей в год, а чтобы построить автозавод в указанные сроки, необходимо было сделать в 4 раза больше! Требовалась организационная перестройка всего «Куйбышевгидростроя», а также организаций «Минмонтажспецстроя», работающих на субподряде у КГС.

По предложению Н.Ф. Семизарова и Д. В. Еремеева согласовали с областью и утвердили в «Минэнерго» новую структуру КГС. А именно: на базе существующих строительно-монтажных управлений с годовой программой в 30-40 миллионов рублей необходимо было создать 8 трестов и новое управление строительства «Автозаводстрой» с годовой программой в 90 миллионов рублей. Также планировалось увеличить мощность управление механизации, автоуправления, железнодорожного транспорта и других подразделений.

Для строительства объектов на промышленной площадке автозавода были привлечены тресты «Промстрой»: №1, 2 и 3. Им поручили возводить металлургическое производство, а все остальные объекты – «Автозаводстрою». 3 января 1967 года вышел приказ по «Куйбышевгидрострою» об организации составе КГС новой организации по строительству объектов автозавода – управления «Автозаводстрой». Его начальник Михаил Цвирко потом вспоминал: – Я был назначен начальником «Автозаводстроя», ещё несуществующей организации. У нас – ни базы, ни техники, ни своей печати даже, ни счёта в банке – всё по тем временам оформлялась небыстро. Зато уже был спущен солидный план строительно-монтажных работ.

Надо отметить, что в начале строки было мало техники для рыхления мерзлого грунта, что очень сдерживалао темпы производства земляных работ под фундаменты корпусов завода. Поэтому решили привлечь трест «Гидроспецстрой» для производства взрывных работ. Только в январе-феврале 1967 года бригадой И. Чистякова для буровзрывных работ была заложена в шурфы 55 тонн взрывчатки! 21 января 1967 года в фундаменты КВЦ был уложен первый кубометр бетона. Как говорится, процесс пошёл. Но для масштабного развертывания производства работ на других объектов не хватало строительной техники, квалифицированных рабочих рук. Не было и рабочей проектной документации… Но это предвиденная ситуация. В основу принятой системы ведения строительства объектов на автозаводе легло поэтапное проектирование и выполнение строительно-монтажных работ (то есть параллельное), так как на полное проектирование и утверждение проекта могли уйти года!

Хотя фирма «Фиат» обещала выделить технические проекты в апреле 1967 года, по факту они были утверждены только в июле. И это всё равно были рекордные сроки! Приказом от 7 апреля было организовано Строительное управление № 12, которому поручалось строительство объектов прессового производства. В апреле же начались работы по устройству фундаментов. Главной задачей на всех корпусах завода были ускоренный монтаж каркасов зданий, чтобы иметь крышу над головой, и открытие фронта более трудоемких работ по бетонированию технологических пешеходных тоннелей и многочисленных каналов, фундаментов под оборудование и других конструкций.

К тому же наибольший объем работ по монтажу металлических каркасов зданий выполнялся трестами «Стальконструкция» и «Стальмонтаж» «Машмонтажспецстроя», монтаж сборного железобетона – «Гидромонтажом». В тоже время была низкая производительность при выполнении земляных работ, так как механизаторы и автомобилисты работали сами по себе, без общей заинтересованности. Автомобилистам платили за рейсы, а не за кубометры вывезенного грунта. По предложению водителей автоуправления внедрили новую форму организации труда механизаторов и автомобилистов. Были созданы первые комплексные механизированные бригады по разработке и вывозу грунта. Уже в мае производительность при выполнении земляных работ выросла на 25% .

Но, несмотря на трудности, все работы, что производились в первые месяцы, были простейшими для опытных строителей. Основные «головные боли» начались позже. Они имели место на каждом объекте. Так, на главном корпусе это были вставки/помещения общих установок. Представьте котлован размером 500 на 40 глубиной 10 метров. В нём надо возвести трёхэтажное железобетонное здание с высотой первого этажа 9 метров, второго – 7, и третьего – 5 метров. И таких ставок восемь. Это сложнейший комплекс помещений, где размещаются электроподстанции, компрессорные, тепловые узлы, кондиционеры, вентсистемы, плюс раздевалки, гардеробные, душевые, столовые, конференц-залы, красные уголки с библиотеками и многое другое.

В феврале 1968 года организована СУ-14, а в мае СУ-15, для расширения фронтов работ на площадке главного корпуса. Как и при создании других управлений, в первые дни не хватало строительной техники, инженерно-технических кадров, особенно мастеров и прорабов, так как признавался только трехсменный режим работы. Из воспоминаний мастера СУ-14 того времени А. Голобородько: – Около месяца я не ездил домой, а ночевал в прорабской. Отработав две смены, встречал в час ночи третью, давал задание и в два ночи ложился спать. Сторожа просил разбудить меня в 7 утра: необходимо было проверить, что сделано в третьей сменой, и до восьми часов утра встречать первую смену.

Нехватку кадров компенсировали из числа прибывающих непосредственно на автозавод работников, которых временно передавали в распоряжение строителей. Так как те не обладали опытом работы в строительстве, им выплачивалась половина ставки на автозаводе, а у строителей – сколько заработают. Также прибыли сюда порядка 5 тысяч военных строителей (естественно, солдат – новобранцев).

После появления на корпусе трех строительных управлений на совещание часто приезжал Николай Семизорова, но затем у него появился заместитель по строительству автозавода, не менее энергично Николай Бессмертный, и уже практически все совещания проводил он.

Также проблемным местом при производстве строительно-монтажных работ на прессовом корпусе были подвалы больших и средних прессов. Котлован под подвал больших прессов размером 400 на 90, глубиной 9 метров, в котором по всему периметру необходимо выполнить монолитные стены и силовую плиту, густо армированную, толщиной 1,3 метра.

Но проблемы появились ещё от того, что работы проводились в январе -феврале 1968 года, а это была самая снежная зима за весь период строительство автозавода. По проекту производства работ вся силовая плита делилось на 12 карт, каждая солидный площадью. Чтобы её забетонировать по всем арматурным каркасам, ещё монтировали эстакады, по которым самосвалами доставлялся бетон. Бывало так: всё готово к приёмке бетона и наутро он заказывается, но… утром плита оказывается занесена снегом. И такое случалось неоднократно. Что только не придумывали наши умельцы для уборки снега из этих армокаркасов! А главный инженер СУ-12 Кукарин предложил свою конструкцию. Её рабочие прозвали «Соляроид Кукарина», так как огнемёт работал на солярке. Да всё это давало очень малый эффект, а дело страдало.

Из воспоминаний Б.Кукарина:

– Вызывает нас Виктор Поляков и спрашивает: что нужно сделать для того, чтобы укладывать в сутки по 1000 кубометров бетона? Нам бы, говорим, парочку реактивных двигателей типа тех, что используются для очистки взлетно-посадочных полос ото льда на аэродромах… Так уже через сутки нам их привезли! Эта проблема была решена.

Очень много проблем создали и работы по бетонированию фундаментов под кондиционеры производительностью 120 тысяч кубометров воздуха в час на эстакаде прессового корпуса. Они тоже возникали от того, что пришлось работать зимой. Так как стояла задача подать тепло на прессовый корпус и первую треть главного корпуса уже в декабре 1968 года, трест «Стальконструкция» форсировал монтаж металлоконструкций и плит покрытия высокой части прессового корпуса, а СУ-12 своими силами вело монтаж ограждающих стеновых панелей и стальных конных переплетов.

В итоге на прессовые корпус тепло подали 2 февраля 1969 года, она первую треть главного корпуса – через 20 дней. С задержкой, но это была достойная победа строителей и монтажников.

По состоянию на начало ноября 1968 года было выполнено около 1 500 м тоннеля, обеспечивающего подключение части корпусов металлургического производства, первой трети главного и прессового корпусов, а также КВЦ. Поэтому ноябрь для коллектива участка № 2 был крайне напряженным. Так как грянули уже морозы, то срочно нужна была подача тепла на КВЦ. Для этого предстояло выполнить опрессовку под давлением, а чтобы после неё слить воду, проложили 3 км дренажного трубопровода к Быкову озеру, что западнее завода. В местах монтажных проемов и камер стояли бочки с соляркой лежали готовые «факелы» на случай, если где-то морозом прихватить трубопровод.

Все участники подачи тепла на КВЦ с задачей достойно справились, и 27 ноября тепло подали к кондиционерам корпуса.

… руководителей, необходимо выделить одного, в то время – заместителя МинЭнерго СССР Александра Александрова. Он – дважды Герой Социалистического Труда, бывший руководитель УС правого берега КГС при строительстве ГЭС. Из запоминаний Михаила Цвирко:

– Все основные решения по созданию комплекса ВАЗа принимались при его участии. Причём он, как Георгий Жуков в Великую Отечественную войну, обладал умение сосредотачивать основные силы, ресурсы на главном направлении. Александрова всегда отличало чувство глубочайшей внутренней ответственности. Я это почувствовал, когда решился вопрос о судьбе последней трети главного корпуса. «Вытягивать» её или отсекать и предъявлять ВАЗ к сдаче без неё? Наши голоса, что если как следует нажать, то можно ещё успеть, почти не слышали. Эксперты – итальянцы заявили, что это сделать невозможно:

– Давайте отрубайте последнюю треть, иначе отодвинете на год сдачу всего комплекса.

Приехал Александр Петрович. Мы ещё раз обошлись с ним всё. Конечно, объемы работ были сумасшедшие. Но он – человек тёртый, опытный… Мягко так, почти по-отцовски, спросил:

– Сделаешь? Не подведешь?

Перед ноябрьскими праздниками приехал опять, обошёл главный корпус. Я тоже там был, но где-то разминулись, встретились поздно вечером в моём кабинете. Сел, смотрит на меня. Я жду, что он скажет. А он молчит. Я первый не выдержал:

– Ну, что, Александр Петрович, успеваем?

– Да, похоже. Я не ошибся, что поверил вас.

Вот такие были моменты.

Николай Акиньшин ветеран КГС